КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ ТИПЫ ДАНИЛЕВСКОГО

Русский ученый, славянофил, почвенник Николай Яковлевич Данилевский (1822-1885) впервые в широком объеме поставил принципиальные вопросы, составляющие содержание культурологии. Его книга "Россия и Европа" - замечательный памятник русской общественной мысли 19 века - стоит как бы в стороне от основного русла развития русской философии и социологии.

В своей работе Данилевский высказал мысль, что в общем потоке мировой культуры выделяются некоторые образования, представляющие собой замкнутые виды с целым набором признаков от этнографических до географических. Каждый тип замкнут, его бытие аналогично с жизнью и циклами бытия живых организмов. Данилевский ставит под сомнение идею о единой линии исторического и культурного развития общества, обосновывает тезис о славянской исключительности. Данилевский утверждает, что история не есть непрерывный процесс, что она состоит из меняющих друг друга культурно-исторических типов, каждый из которых живет собственной жизнью, имеет свое лицо и свою судьбу.

Отвергая деление истории на "древнюю", "среднюю" и "новую" как искусственное, Данилевский хочет внести в нее "естественную систему", подобную системами Линнея и Дарвина. В его системе сочетаются "мифологический принцип", определяющий сущность культуры, специфическое направление ее развития, и" эволюционный принцип", в соответствии с которым следующая во времени культура должна быть богаче, чем предыдущая, поскольку она способна частично усваивать результаты, достигнутые предшественницами.

"Морфологический принцип" выражается в оригинальной форме и особенной интеграции языковых, этнографических, хозяйственных, политических, духовно-нравственных и религиозных элементов в каждой из культур. В своей совокупности эти элементы образуют целостную культуру или "культурно-исторический тип". Каждый такой тип рождается, достигает расцвета и, прожив положенные ему полторы тысячи лет, умирает либо естественной смертью, либо гибнет под ударами более сильных и молодых народов.

Всего культурно-исторических типов в истории насчитывается тринадцать: египетский, китайский, древнесемитский, индийский, иранский, новосемитский, греческий, римский, арабский, романо-германский или европейский, перуанский, мексиканский и славянский. Последний, правда, еще полностью не сформировался. Он на 500-600 лет моложе своего европейского собрата и соперника.

Взаимоотношения между культурными типами, между этносами, выступающими как субъекты культурного творчества, могут быть дружественными, конкурентными и враждебными - в зависимости от степени их зрелости и присущего им внутреннего принципа.

Заслугой Данилевского является попытка выделить основные виды человеческой деятельности. Всего таких видов Данилевский насчитывает четыре: деятельность религиозная, связанная с выработкой мировоззрения; политическая, создающая государственно-правовую систему; "собственно-культурная" (научная, художественная, техническая) и "нравственно-экономическая", направленная на достижение справедливости и благосостояния, свободных и взаимовыгодных отношений в труде, в быту, общественной жизни.

Данилевский углубленно исследовал общие закономерности жизненного цикла культур. Длительность цикла составляет 15000 лет, и делится он на четыре периода. Первый - этнографический - занимает 1000 лет. Второй период - создание государства - занимает около четырехсот лет. Государство призвано помогать самобытному творчеству и пресекать возможные отклонения от исторически предназначенного пути. Когда государственность окрепла, культура вступает в творческий, цивилизационный период. Он длится 100-150 лет. За это время накопленная в течение веков "культуролодная" энергия обнаруживает себя в мощном творческом порыве, выливаясь в стройные формы религиозных и философских систем, архитектуры, скульптуры, политических учреждений, нравственности, хозяйственно-культурных укладов. В творчестве культура быстро истощает свои силы и приходит к естественному концу, погибая либо от "апатии отчаяния", либо от "апатии самодовольства", когда культура как бы окостеневает, умирает заживо, превращаясь в жесткую, лишенную душевного огня форму. Первое произошло, по мнению Данилевского, с древними эллинами, второе - с китайцами и египтянами.

Третья область размышлений Данилевского - контакты между народами. Он первым попытался как-то систематизировать и определить ценность разного рода культурных связей. Ценности чужих культур могут быть и благом, и злом. Они не только отторгаются, но и с пользой заимствуются. Даже в случае военного порабощения побежденная культура не всегда проигрывает в культурном отношении. Она может внутренне разложить и ассимилировать культуру-победительницу, усвоив при этом ценнейшие ее достижения. Результат контактов нельзя в точности предсказать.

Справедлива мысль Данилевского о необходимости избирательного, продуманного заимствования чужеродных культурных форм. "Защита" культурной среды в ряде случаев столь же необходима, как и защита среды природной. Даже при доброжелательной и бескорыстной позиции культуры-донора культуре-реципиенту может быть нанесен  ущерб.

Славянство, по Данилевскому, самой природой избавлено от насильственности, которую европейским нардом удается лишь "перемещать из одной сферы в другую". Смертная казнь была отменена у нас раньше, чем в Европе. В России не жгли ведьм на кострах. Русские не имеют колоний. Завоеванные ими племена не лишались свободы, а постепенно ассимилировались или продолжали вести привычный для них образ жизни. Если на Западе духовным и политическим переменам предшествуют обычно междоусобицы и кровавые распри, то в России процесс идет в глубине народного духа. Когда недостатки существующего строя осознаются народом, он путем реформ, приводимых сверху, сравнительно безболезненно отрешается от того, что подлежит отмене. Сначала происходит "нравственное перерождение", а потом "с изумительной быстротой" совершаются внешние перемены. Так, князь Владимир почти без сопротивления ввел на Руси христианство. Почти без подготовки и борьбы совершил освобождение крестьян Александр Второй. Все это объясняется тем, что движущую силу русского характера составляет не эгоистических интерес, а коллективистское общинное сознание, которое медленно зреет, но всецело подчиняет себе человека, когда наступает момент действовать.

Данилевский видит в русском человеке "огромный перевес" общенародного над индивидуальным. Русский народ в массе своей умеет повиноваться, отличается отсутствием властолюбия и корыстного практицизма. Он строит культур, основываясь на близости к природе, на единстве сердца и ума, власти и народа, церкви и государства.

Однако свойственное русским нравственное сознание плодотворно не во всех видах деятельности. В области религии, науки, техники, искусства, политики славяне нередко пользуются достижениями других народов. Религия пришла к нам из Византии, государственность - от варягов и татар, искусство - из Франции, техника - из Германии, наука - из Англии. Способность к переимчивости не мешает русскому народу проявлять самостоятельность в главном - установлении справедливых отношений между людьми в связи с их отношением к земле, труду и распределением материальных благ.

Многое из сказанного Данилевским не утратило своего значения и в наши дни. Слабым местом его теории было недостаточно обоснованное выделение культурных типов. Учитывая исчезнувшие и существующие сегодня малые культуры, этнографы насчитывают уже не десятки и не сотни, а тысячи самостоятельных культурных типов. С другой стороны, границы между ними в пространстве и времени провести гораздо труднее, чем представлялось Данилевскому.

   Протестуя против однолинейной схемы истории и крайностей "европоцентризма", при котором Европа служит универсальным образцом для подражания, Данилевский отбросил важную в морально-политическом и философском плане идею исторического единства человечества, закрыл путь к анализу перспектив мировой цивилизации.