Средневековый идеал христианской цивилизации

  Важнейшей особенностью средневековой культуры является особая роль христианского вероучения и христианской церкви. В условиях всеобщего упадка культуры сразу после разрушения Римской империи только церковь в течение многих веков оставалась единственным соци­альным институтом, общим для всех стран, племен и государств Европы. Церковь была господствующим политическим институтом, но еще более значительно было, то влияние, которое церковь оказывала непосредст­венно на сознание населения. В условиях тяжелой и скудной жизни, на фоне крайне ограниченных и чаще всего малодостоверных знаний о ми­ре, христианство предлагало людям стройную систему знаний о мире, о его устройстве, о действующих в нем силах и законах.

     Средневековый европеец был, глубоко религиоз­ным человеком. В его сознании мир виделся как своеобразная арена противоборства сил небесных и адских, добра и зла. Библию читали и слуша­ли в средние века примерно так, как мы сегодня читаем свежие газеты.

   Средневековый европеец, включая и высшие слои общества, вплоть до королей и императоров, был неграмотен. Ужасающе низ­ким был уровень грамотности и образованности даже духовенства в приходах. Лишь к концу XV века церковь осознала необходимость иметь образованные кадры, принялась открывать духовные семина­рии и т. п. Уровень же образования прихожан был вообще минималь­ным. Масса мирян слушала полуграмотных священников. При этом сама Библия была для рядовых мирян запретна, ее тексты считались слишком сложными и недоступными для непосредственного воспри­ятия простых прихожан. Толковать ее дозволялось только священ­нослужителям. Однако и их образованность и грамотность была в массе, как сказано, очень невысока. Она су­ществовала через сознание безграмотного человека. Это была куль­тура молитв, сказок, мифов, волшебных заклятий.

      Вместе с тем значение слова, написанного и особенно звучаще­го, в средневековой культуре было необычайно велико. Молитвы, воспринимавшиеся функционально как заклинания, проповеди, библейские сюжеты, магические формулы — все это тоже формиро­вало средневековый менталитет. Люди привыкли напряженно вгля­дываться в окружающую действительность, воспринимая ее как не­кий текст, как систему символов, содержащих некий высший смысл. Эти символы-слова надо было уметь распознавать и извлекать из них божественный смысл. Этим, в частности, объясняются и многие особенности средневековой художественной культуры, рассчитан­ной на восприятие в пространстве именно такого, глубоко религиоз­ного и символического, словесно вооруженного менталитета. Даже живопись там была прежде всего явленным словом, как и сама Биб­лия. Слово было универсально, подходило ко всему, объясняло все, скрывалось за всеми явлениями как их скрытый смысл. Поэтому для средневекового сознания, средневекового менталитета культура прежде всего выражала смыслы, душу человека, приближала чело­века к Богу, как бы переносила в иной мир, в отличное от земного бы­тия пространство. И пространство это выглядело так, как описыва­лось в Библии, житиях святых, сочинениях отцов церкви и пропове­дях священников. Соответственно этому определялось и поведение средневекового европейца, вся его деятельность.